Китайские издания астафьевской "Царь-рыбы" (первые два фото) и "Затесей"

Как известно, произведения Виктора Астафьева были переведены на многие языки мира, в том числе китайский. В Китае в разные годы проза Астафьева издавалась более 50 раз (повести и рассказы Виктора Петровича выходили как в сборниках, объединяющих нескольких российских авторов, так и отдельными книгами). Кроме того, написано было не менее 30 литературоведческих работ, посвященных творческому наследию В.П. Астафьева. Некоторые из них мы публиковали - например, интереснейшую статью китайского филолога-русиста Ян Чжэна "Последний поклон" и крестьянская вселенная" и его же исследование "Светящиеся затеси".

Популярность астафьевской прозы в Китае невероятна: некоторые его рассказы, например "Заклинание" и "Песнопевица", были включены в хрестоматию по мировой литературе для китайских школьников, а взрослые читатели особенно высоко ценят "Царь-рыбу", "Затеси" и "Оду русскому огороду". Почему именно эти произведения? Профессор Чэнь Шусянь, исследовательница и переводчица на китайский язык произведений В.П. Астафьева (в частности, "Затесей"), отмечала, что астафьевским описаниям природы да и языку его прозы в целом свойствен восточный стиль, близкий не только к китайской литературной традиции, но и характерный для китайского изобразительного искусства. 

У Чэнь Шусянь есть не только научные работы, но и воспоминания о знакомстве с В.П. Астафьевым. 

Предлагаем их вашему вниманию.

ДВЕ ВСТРЕЧИ С АСТАФЬЕВЫМ

В Китае я была профессором кафедры русской советской литературы филологического факультета Нанькайского госуниверситета в городе Тяньцзине. Читала лекции по литературе «от Горького до Шукшина». В свободное от работы время вместе с мужем (он был русистом) в течение двадцати с лишним лет перевели немало произведений.

          Как преподаватель, я должна была следить за процессом развития современной литературы, новейшими произведениями русских писателей. Как исследователя, моё внимание было приковано к произведениям Астафьева, я написала статьи «Нравственные мотивы в произведениях Астафьева», «Сказ – дуэт – краски» – о повести «Пастух и пастушка». Статьи были опубликованы в одном из влиятельных журналов Китая «Литературное обозрение». Не случайно мой аспирант тоже выбрал тему для кандидатской диссертации по творчеству Астафьева.

          Первая встреча. Пекин, 1990 год. В начале 1990-х годов известное в Китае издательство «Сто цветов» («Байхуа») решило регулярно издавать серию прозы выдающихся писателей всего мира. Оно включило в свою программу произведения Пушкина, Лермонтова, Тургенева, Паустовского, Пришвина, Бондарева… Кроме Бондарева, из современных писателей не могли никого выбрать, и главный редактор обратился к нам. Мы с мужем в один голос назвали В.П. Астафьева. Тогда же договорились перевести «Затеси» и «Оду русскому огороду». Главный редактор выразил пожелание, чтобы сам Астафьев написал предисловие к изданию его книги в Китае или слово к китайским читателям. Хотя мы обещали исполнить пожелание главного редактора, но, честно говоря, сами даже и не знали адреса писателя. Куда писать-то?! Мы не знали, как быть! В тот момент как будто счастье свалилось с неба. Поздней осенью 1990 года Астафьев как член делегации советских писателей прибыл в город Пекин с визитом. Кстати, это единственный его визит в Китай; по его словам, раньше был шанс посещения, но кто-то заменил его.

          Какое счастливое совпадение! Ни раньше, ни позже – его визит был в самый раз!

          С большим трудом добились возможности с ним встретиться. Вначале я волновалась, но не прошло и пяти минут, а я уже чувствовала себя свободно, как будто встретились давние приятели. Он сразу откликнулся на просьбу издательства и воодушевил нас верой в успех труднейшей работы переводчика.

          В 1991 году мы с мужем были приглашены в Киевский госуниверситет в рамках обмена преподавателями между вузами. Из Киева мы написали Астафьеву. Он сообщил, что давно послал предисловие в Китай, письмо затерялось, но он готов отправить своё предисловие на сей раз уже не в Китай, а в Киев.

          Мы с мужем с нетерпением ждали письмо из Красноярска. Наступило время отъезда на родину, а письма всё не было. Мы уже попрощались с местными коллегами и друзьями, вот-вот должна была подъехать за нами машина. Вдруг раздался голос: «Письмо!» Я повернулась и обеими руками схватила долгожданное письмо, слёзы брызнули из глаз. Это второе счастливое совпадение. Это судьба!

          С того мгновения словно невидимая нить связала нас с писателем. Мы с мужем вступили на трудный, радостный переводческий путь по сверкающим «затесям».

          В процессе нашей переводческой работы мы старались переводить и верно, и понятно, и красиво, хотя столкнулись с уймой сибирских диалектных слов. Но, в конце концов, всё успешно завершилось. Книга вышла в свет в 1995 году.

          Чтобы подобрать самый лучший вариант, мы с мужем немало перевели бумаги. Трудности казались неодолимыми, и мы сделали паузу. Но в одно прекрасное утро на нас нашло вдохновение и удовлетворительные варианты хлынули один за другим, как волна за волной. После перевода мы с мужем исправляли текст друг друга, читали вслух с выражением. Когда вся книга была переведена, ещё раз переработали текст. Книга вызвала у читателей огромный интерес и положительные отклики. Фрагменты из книги перепечатывались в журналах и газетах.

          Во время пребывания в Пекине Виктор Петрович выступил с речью перед сотрудниками Института мировой литературы и подарил им «Царь-рыбу» – «на добрую память и на закуску». Его слова и добрая память навсегда сохранились в моём сердце, но никогда не «на закуску».

В 1997 году то же издательство предложило мне перевести книгу В. Солоухина «Камешки на ладони». Она вышла в названной серии в 2002 году. Это явилось подтверждением признания моей переводческой работы.

          Вторая встреча. Село Овсянка, 1998 год. В 1998 году знойным летом мы с сыном специально посетили Астафьева в селе Овсянка. В полдень 15 августа прибыли в Красноярск. Солнце как пламя, облака как хлопья снега, небо как лазурь, а двое суток назад в Москве был ливень, как водопад, – это, быть может, добрая примета: серебристый ливень проводил нас, а золотистое солнце встречает!

          На перроне стоит внук Астафьева – парень-красавец Витя. Он посадил нас в «Волгу», и мы отправились прямо в Овсянку. Когда машина выехала на загородное шоссе, набрала скорость, словно вольный ветер полетел по полям. За стёклами мелькали горы, леса, реки. Скоро мы уже ехали по гористой местности. Дорога то вздымалась, то опускалась, машина, как лодка в зелёном море, колыхалась. Какая чудесная природа!

Когда мы переступили порог дома писателя, пахнуло свежей ухой, мы сразу почувствовали себя как дома. Расположились в одной боковой комнате, чистой, уютной. Нас хорошо угощали. По утрам мы с ним зарядку вместе делали, завтрак готовили: он меня яичницу жарить научил, я его к зелёному чаю пыталась приохотить (я думаю, в нём – секрет долголетия). Жил Астафьев неприхотливо. Ел картошку, огурцы. По дому всё сам делал, только полы мыть женщина из местных помогала. Гуляли с ним по деревне. Астафьев показал место, где раньше стоял его дом, кладбище, где похоронены его родные, новую библиотеку, подарил нам книги с автографами, альбом… Ещё мы взяли у него интервью. Во время интервью задавали ему вопросы, касающиеся литературного процесса, творческих планов писателя. Он с удовольствием отвечал.

Пробыли мы в Овсянке три дня, две ночи – на тогдашней даче, в теперешнем музее Астафьева. Мы гордимся этим, и короткое пребывание в Овсянке всегда храним в душе.  

          Глубокое впечатление от поездки в Овсянку натолкнуло меня на мысль написать очерк «Три дня, две ночи» – о пребывании в гостях у выдающегося писателя В.П. Астафьева. Очерк был опубликован в самом популярном китайском художественном журнале «Прозаик» (как «Роман-газета» в России). Кроме моего текста, были опубликованы ценные фотографии самого писателя и его семьи. Во время подготовки этого номера журнала редакция узнала о кончине писателя. Коллектив выразил соболезнование. И это было выражением уважения и любви не только редакции, но и всех китайских читателей.

          Благословляю судьбу, которая свела нас с благородным, добрым, талантливым писателем, замечательным, скромным человеком. Человеком с большой буквы!