Иллюстрация - нейросеть "Шедеврум"

Получили весточку из Республики Башкортостан от Риммы Равильевны Сахиповой - вместе с тронувшим нас до глубины души рассказом "Песня", который Римма Равильевна прислала для номинации "Моя затесь" фестиваля "Астафьев для всех".

Впрочем, ее письмо нас тронуло не меньше. И снова мы поразились тому, как тесен мир!

"Здравствуйте! Я, Сахипова Римма Равильевна, из Республики Башкортостан, работала учителем. Своим знакомством с произведениями Виктора Астафьева я обязана своему младшему сыну, именно он включал нам аудиорассказы в исполнении Дмитрия Васяновича, и хочется сказать по-астафьевски: «И покатилось, и началось».  Вот уже в течение 3 лет каждый вечер мы слушаем рассказы, многие слушаем по несколько раз. Вот только период, когда Витька уезжает от бабушки, сын уже не любит слушать. Хочет сохранить светлое и душевное время у бабушки.

Свой рассказ я написала давно, он о моем брате. Меня всегда волновала мысль о «потерянном поколении» в перестроечный период, о людях, которые так и не приспособились к рыночной экономике. Думаю, что произведение «Забубенная головушка», да и сам отец Вити, имеют общее с моим героем.  

Хочу поблагодарить вас за возможность стать небольшой частью литературы, такой высокой, душевной, пронизывающее до самого сердца"

Читаем замечательный рассказ авторства Риммы Сахиповой!

Песня

В серой комнате общежития стояла тишина, наступившая только к утру. Куча из людей, а иначе и не назовешь, лежала на полу, кто-то на диване, кто-то уснул, подперев холодильник. В комнате стоял смрад, духота, удушающий запах перегара. Гора грязной посуды, пустые бутылки, в общем, все, что составляет комнату алкоголика. Хотя чувствовалось, что здесь жила хорошая хозяйка, из дешевых обоев был создан интерьер на манер элитных домов. Умерла хозяйка, и, как веревочка срывается с рук, сорвалась и покатилась жизнь хозяина.

Вдруг один из обитателей комнаты шевельнулся, глубоко вздохнул и встал. В окне загорался рассвет, момент, когда еще темно, но на востоке появляются светлые полосы. Ему хотелось пить, не мешало бы выпить, но ничего не осталось. Он выпил из чайника воды и вышел в коридор, который встретил его запахом перегнивших остатков пищи, мочи и всего самого низкого, что накопилось за годы рыночной экономики.

Он закурил и снова взглянул в окно. Рассвет зимний, рассвет разгорался, начинался новый день. В соседней комнате слышался шум, семья собиралась на работу. Гремела тарелками хозяйка, кто-то умывался, приглушенно играло утреннее радио.

Человек вспоминал, как он жил в деревне. Такое зимнее утро было у него: гудела печь, жена возилась у печки, хныкали девочки, не хотели идти в садик. Что-то екнуло в его душе, почему-то особенным было утро.

В комнате соседей стало тихо и отчетливо слышно радио. Пели на башкирском языке, песня закончилась, и диктор зачитал очередное поздравление. Но эти знакомые имена и фамилии, и даже его имя... Сегодня день рождения его мамы. И сестра написала поздравление на радио, и не забыли о нем. Его не забыли, не забыли. О нем помнят и, может быть, ждут. Значит, на нем не поставили крест, его считают человеком.

Он встал и прислушался, что за песня. Ну конечно, Фарит Бикбулатов, мамин любимый певец. Задушевная мелодия унесла его снова в деревню. Лето, сенокос. Как любил он эту пору. Жаркий июль, тяжелый труд, придающий силу. У него очень хорошо получалась организация этого процесса: он кричал, управлял, никто лучше не умел складывать стог. А как приятно, нагруженным ехать на К700, взбираться на вершину горы и смотреть вокруг. А видно километров на шестьдесят, это уж точно. Разгружать сено он любил ночью, не оставляя на потом.

Он сидел, прижавшись к стене, слушал и вспоминал. Мелодия закончилась, но он еще долго сидел и думал.

Нет, его помнят и любят. Он должен взять себя в руки и начать новую жизнь. Он уедет в деревню, поселится в заброшенном доме, заготовит дров, вырастит картошку. Что-что, а это он умеет. И вообще он все может, он перетерпит, не будет пускать в дом алкашей.

А со временем станет зарабатывать в колхозе, ведь лучше его тракториста не было. Он все сможет, его помнят.

Он решительно встал и направился в комнату. Там было душно, все еще спали. Он взял сумку, но к шкафу не пройти, попытался растолкать – не получилось. Ну и ладно. Пока подождет. Да, еще нужно найти деньги, он займет их у знакомой, что торгует на рынке. Значит, нужно дождаться открытие рынка.

Ох, сколько дел, сколько дел…